Что налоговикам объяснили про неправомерность истребования оборотно-сальдовых ведомостей

Что налоговикам объяснили про неправомерность истребования оборотно-сальдовых ведомостей

Современная практика налогового контроля, в частности, истребования документов, уже давно напоминает движение по спирали вниз. То ли лица в ФНС, от которых зависит переход налоговой системы к более высокому уровню культурного развития, не хотят видеть перекосов в правоприменении на местах. То ли им все и так понятно — и можно творить беззаконие, напрочь забыв о праве.

В частности, окружные суды сейчас один за одним признают неправомерным истребование данных счетов бухгалтерского учета налоговиками.

Исходная ситуация

При камеральной проверке декларации по НДС налоговики запросили у налогоплательщика пакет документов, подтверждающих право на применение вычета. Среди таких документов были оборотно-сальдовые ведомости по счетам:

  • 01 «Основные средства»;
  • 02 «Амортизация основных средств»;
  • 08 «Вложения во внеоборотные активы»;
  • 10 «Материалы»;
  • 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками»;
  • 62 «Расчеты с покупателями и заказчиками»;
  • 76 «Расчеты с разными дебиторами и кредиторами».

И вроде бы рядовая ситуация, но с учетом того, что большинстве случаев суды откровенно потакают бесчинствам проверяющих, подобные споры вызывают интерес, так как имеют прикладное значение.

Как рассматривали налоговый спор

Налогоплательщик не согласился с позицией налоговиков и обратился в суд. Суды трех инстанции (дело № А28-8268/2020), встав на сторону налогоплательщика, единогласно высказались в пользу его позиции.

Суд первой инстанции сразу и предельно ясно дал понять налоговой, что ее поведение с истребованием регистров бухгалтерского учета является недопустимым:

«...оборотно-сальдовые ведомости, которые не относятся к первичным учетным документам, являются регистрами бухгалтерского учета и предназначены в соответствии со статьей 10 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ „О бухгалтерском учете“ для систематизации и накопления информации, содержащейся в принятых к учету первичных документах».

Апелляция подтвердила верность вывода суда первой инстанции и указала следующее:

«Из требований от 28.10.2019 № 2413 и от 12.01.2020 № 78 следует, что документы, указанные в требованиях (за исключением полученных счетовфактур и первичных учетных документов), не подтверждают правомерность налоговых вычетов, и такие документы не указаны в качестве таковых в статье 172 НК РФ; истребованные Инспекцией оборотно-сальдовые ведомости не являются документами налогового учета».

Арбитражный суд Волго-вятского округа полностью подтвердил выводы судов первой и второй инстанции, указав, что:

«Исследовав и оценив представленные в дело доказательства в совокупности и взаимосвязи суды установили, что истребованные налоговым органом оборотно-сальдовые ведомости не являются документами, подтверждающими правомерность налоговых вычетов, правомерно установили, что у Инспекции не имелось оснований для привлечения Общества к налоговой ответственности за их непредставление».

Ключевой постулат суда округа заключался в том, что оборотно-сальдовые ведомости не являются документами. То есть у нас есть и положительные примеры из судебной практики, которые показывают, как правильно должны толковаться нормы права.

Еще пример: суд апелляционной инстанции при рассмотрении спора по делу № А56-38742/2020 в отношении истребования у налогоплательщика анализа счетов и карточек счетов 01, 02, 03, 08, 10, 19, 41, 60, 62, 66, 67, 68, 76, 90 и 91 в разрезе субсчетов и контрагентов однозначно высказался, что

«истребованный налоговым органом „анализ счетов“ не является документом в нормативно-правовом понимании данного термина, а представляет собой аналитическую информацию. Право истребовать у налогоплательщика такую информацию налоговым органам не предоставлено, на что указано Верховным Судом Российской Федерации в Постановлении от 09.07.2014 N 46-АД14-15 и ФНС России в пункте 4 письма от 13.09.2012 № АС-4-2/15309. Удобство налогового администрирования не может служить основанием для ограничения прав налогоплательщиков (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 14.03.2019 N 301-КГ18-20421 и от 28.02.2020 N 309-ЭС19-21200)».

Не помогла налоговикам в споре по делу № А56-38742/2020 и попытка сослаться на ст. 54.1 Налогового кодекса РФ в обоснование своего беззакония.

Выводы

Как мы видим, ключ к правильному применении норм права — именно в нормативном понимании термина «документ». Аналогии в данном случае нет, а имеется лишь универсальная формула, применимая к другим ситуациям, связанным с истребованием у налогоплательщиков документов.

Напомним про старую доброю нормативку и практику ее применения при истребвании документов при камеральных проверках. О ней знают все.

Следует особо подчеркнуть, что согласно пункту 7 статьи 88 НК РФ при проведении камеральной налоговой проверки налоговый орган не вправе истребовать у налогоплательщика дополнительные сведения и документы, если иное не предусмотрено данной статьей или если представление таких документов вместе с налоговой декларацией (расчетом) не предусмотрено Кодексом.

Расширение допустимого объема истребуемых документов при камеральной проверки устанавливается пунктом 8 статьи 88 НК РФ и расширительному толкованию не подлежит.

Из содержания данной нормы следует, что законодатель связывает возможность истребования дополнительных документов и сведений с любым из двух условий:

  • если это установлено статьей 88 НК РФ (а не какой-либо иной);
  • если документы подлежали представлению вместе с налоговой декларацией, т.е. по умолчанию, но не были представлены«.

Кроме того, напомним, что не умерла и позиция, содержащаяся в Постановлениях Арбитражного суда Дальневосточного округа от 21.03.2017 № Ф03-712/2017 по делу № А51-14515/2016, Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 13.06.2017 N Ф04-1488/2017 по делу № А27-12323/2016, Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 03.02.2017 № Ф04-7101/2017 по делу № А75-6717/2016, Арбитражного суда Московского округа от 30.04.2019 № Ф05-5289/2019 по делу № А40-211149/2018 о том, что

«полномочия налоговых органов не абсолютны и должны иметь соответствующие правовые основания, а содержание требования должно однозначно свидетельствовать о том, что обязанность общества представить документы (информацию) возложена на него законно и у налогового органа действительно имелась необходимость в их получении. Тем самым соблюдается тот важный регуляторный баланс между правом налогового орган выставить требование и обязанностью налогоплательщика его исполнить».

Умозаключения по аналогии могут дать лишь вероятностный вывод, который подтверждается или опровергается дальнейшей практикой. Но, так как в рассматриваемом случае аналогия недопустима, то решения, принятые на основе данных позиций, будут полностью верными.

В данной связи будет уместным сравнить истребование документов при камеральной проверке с истребованием документов при выездных проверках. Дела с выездными проверками обстоят сложнее, но подход к толкованию норм Налогового кодекса РФ (статей 88, 93, 93.1) такой же — недопустимость расширительного толкования норм, которые однозначно указывают на границы разумного поведения проверяющих и недопустимость применения этих норм во взаимной связи с нормами, которые не подлежат применению.

Универсальная мысль такова, что от трех бед нашей налоговой системы нам не уйти никогда, но уместно напомнить высказанную на вебинаре"Налоговый контроль в 2021 году: какие документы требуют« общую мысль: «Необходимо адекватно оценивать последствия отказа в предоставлении истребуемой информации. И если приняли решение идти по пути преодоления регуляторного тупика, то идти до последней инстанции, продвигая в практику применения на местах единственно правильные примеры толкования положений налогового законодательства».