Клерк.Ру

Когда займы становятся вкладами в уставный капитал

Выдача займов, а главное, их возврат становятся все более рискованными операциями не только между физическим и юридическим лицом, но и между юридическими лицами. Вообще-то данные операции урегулированы на законодательном уровне и ничего сложного и противозаконного в них нет. Но только если не присутствует взаимозависимость лиц и не задеты интересы бюджета.

Верховный Суд РФ в своем определении от 12.02.2018 г. N 305-ЭС15-5734(4, 5) по делу N А40-140479/2014 определил границы дозволенности при выдаче займа. Дело рассматривалось в отношении юридических лиц ООО «Нафтагазтранс» и общества с ограниченной ответственностью «НГ — Менеджмент», но выводы, указанные в определении, можно применить и в случае если одним из действующих является физическое лицо.

Фабула дела

По договорам займа от 14.11.2012, от 05.02.2013 и от 06.05.2013 ООО «НГ-Менеджмент» перечислило на счет ООО «Нафтагазтранс» 78 800 000 рублей заемных средств (при этом ООО «НГ-Менеджмент» владело 100% доли заемщика).

Заемные средства были возвращены заимодавцу 16.09.2013 г., а производство по делу о несостоятельности (банкротстве) компании ООО «Нафтагазтранс» возбуждено определением суда от 13.08.2014 г, т.е. спустя почти год с момента возврата заемных средств. Одной из основных причиной банкротства являлась выявленная в ходе налоговой проверки (2014г.) недоимка по налогам

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлениями о признании недействительными операций по перечислению должником 78 800 000 рублей в пользу акционерного общества «НГ — Менеджмент».

Решение по делу принято не в пользу предприятия, основными мотивами послужили выводы суда:

1. Общество, формально выступившее заимодавцем, являлось единственным участником должника (ему принадлежала 100-процентная доля), предоставленные им денежные средства фактически не являлись займом, отношения носили корпоративный характер, были направлены на докапитализацию бизнеса. Единственный участник не мог не располагать информацией о неудовлетворительном финансовом состоянии компании на момент выдачи займов. Последующее изъятие ранее предоставленных средств причинило вред кредиторам должника.

2. Сама по себе выдача займа участником должника не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы для целей банкротства, но вместе с тем, исходя из конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного.

При этом Верховный Суд особо отменил, если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

Когда же мажоритарный участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

3. Изъятие вложенного мажоритарным участником (акционером) не может бы приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера). Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как совершенные со злоупотреблением правом.

Вывод:

ВС РФ в очередной раз подтвердил, что получение предприятием займов от участников или просто взаимозависимых лиц в настоящее время может закончиться весьма печально как для заемщика, так и для заимодавца.

В этом случае или налоговый орган не признает выплаченные проценты по займу в виде расходов и начислит налог на доходы, или суд признает полученные заемные средства вкладом в уставной капитал общества. Но последствия и в том, и в другом случае весьма печальные.